В беседе с редактором раздела аппаратных средств «BYTE/Россия» Александром Николовым директор российской Лаборатории систем и технологий IBM Дженнифер Трелевич рассказывает о целях, задачах и результатах работы лаборатории, а также о концепции развития мэйнфреймов IBM System z.

Дженнифер Трелевич

[Фото]

Прежде чем возглавить российскую Лабораторию IBM систем и технологий, Дженнифер Куирин Трелевич (Jennifer Quirin Trelewicz) работала в центре IBM в Боулдере (шт. Колорадо), в штаб-квартире корпорации в Армонке (шт. Нью-Йорк), занимала должности руководителя по исследованиям в центре IBM Almaden Research Center (Сан-Хосе, шт. Калифорния) и менеджера отдела научно-исследовательской деятельности IBM в России, странах СНГ и Восточной Европы. Подразделение, которым руководила г-жа Трелевич в IBM Almaden Research Center, занималось разработкой алгоритмов моделей ценообразования, управления процессами и рационализации бизнеса.

До прихода в IBM Дженнифер Трелевич работала в компании Motorola, занимаясь созданием продуктов для обработки речевых сигналов (радиоприемники и телефоны), оказывала консультационные услуги клиентам, выпускающим полупроводниковые компоненты, разрабатывала протоколы для сетей автоматизации производства.

Дженнифер Трелевич имеет степень бакалавра в области компьютерной инженерии и математики (Университет Карнеги-Меллона, 1991 г.), степень магистра в области обработки сигналов (Университет штата Аризона, 1995 г.) и магистра математики (там же, 1999 г.). В 2000 г. она защитила диссертацию на тему «Кодирование и детектирование для систем хранения многомерных цифровых данных» в Университете штата Аризона, работа над которой финансировалась NASA в рамках программы Graduate Student Researcher Fellowship. В 2003 г. прошла обучение по программе Micro MBA в исследовательском центре IBM им. Т. Дж. Уотсона. Как приглашенный преподаватель г-жа Трелевич читала лекции в Университете штата Аризона, в колледже Scottsdale College, в Университете Колорадо в Боулдере.

Дженнифер Трелевич — член Технологической академии IBM, общества Motorola Technical Society и профессиональных сообществ SIAM и AMS, заслуженный член организации IEEE. Кроме того, г-жа Трелевич входит в состав правления общества IEEE Signal Processing Society (SPS) и редакционной коллегии журнала IEEE Signal Processing Magazine. Она обладатель шести технологических патентов и автор более 25 технических статей в международных журналах.

«BYTE/Россия»: Год назад корпорация IBM открыла в России Лабораторию систем и технологий, и в качестве одной из ее ключевых задач была заявлена работа по совершенствованию мэйнфреймов IBM System z. Чем именно занимается ваша лаборатория в этой области и каких успехов удалось достичь?

Дженнифер Трелевич: Действительно, сейчас мы в основном сосредоточены на услугах и разработках в области мэйнфреймов, в первую очередь на операционных системах z/OS, z/VSE и z/VM. Однако лаборатория занимается и системами хранения System Storage, в частности, мы курируем проекты Data Facility Storage Management Subsystem (DFSMS) — это ПО для автоматического управления жизненным циклом информации — и Information Management System (IMS) — это довольно древняя СУБД с иерархической организацией хранения данных, которую до сих пор активно используют некоторые наши клиенты. Кроме того, мы занимаемся разработками в области блейд-серверов — в первую очередь это системы, основанные на процессоре Cell/B.E. И конечно же нельзя не упомянуть об еще одном очень важном направлении деятельности нашей лаборатории — тестировании. Мы проводим массу различных тестов и испытаний в области мэйнфреймов, систем хранения и баз данных.

В целом можно сказать, что работа лаборатории ведется на трех различных уровнях: системном — это различные разработки, связанные с программным и аппаратным обеспечением, прикладном — тестирование и настройка систем для улучшения их производительности, сервисном — это прямая непосредственная работа с крупными локальными заказчиками по доводке и оптимизации решений под их конкретные требования.

Одно из наиболее значительных достижений лаборатории на текущий момент — существенное усовершенствование компонента Service Aids, входящего в состав z/OS. Этот модуль предназначен для сбора системной информации о проблемах в работе мэйнфреймов и анализа их причин. IBM System z — это очень сложные системы, и их техническое обслуживание представляет собой весьма непростой и дорогостоящий процесс. Модуль Service Aids, с одной стороны, призван помочь операторам в работе, а с другой — снизить стоимость обслуживания мэйнфреймов за счет автоматизации многих рутинных процессов и более интеллектуальной сигнализации о возможном возникновении проблем и их причинах.

Кроме того, практически сразу после открытия лаборатории мы успешно решили несколько важных практических задач, связанных с подсистемой общего доступа в ОС мэйнфреймов.

Что касается услуг, связанных с мэйнфреймами, то в настоящее время мы сотрудничаем с несколькими российскими клиентами в связи с развертыванием приложений на платформе System z и интеграцией мэйнфреймов в существующую ИТ-инфраструктуру компаний.

«BYTE/Россия»: При официальном объявлении об открытии московской лаборатории много говорилось о том, что IBM будет активно привлекать к работе отечественных специалистов, ранее занимавшихся разработкой советского аналога мэйнфрейма IBM System 360 — серии ЕС ЭВМ. Насколько оправдались эти анонсы, и пошел ли советский опыт на пользу IBM?

Д. Т.: В нашей лаборатории, пожалуй, есть практически все поколения программистов. Есть и молодые талантливые специалисты, только окончившие обучение, — они в основном занимаются доскональным изучением мэйнфреймов, но и участвуют в некоторых разработках. Это примерно 30% от общего числа сотрудников. Еще около 30% уже имеют неплохой практический опыт — порядка 10 лет активной работы в этой области. Ну и еще примерно 30% — это наши гуру, они имеют колоссальный опыт разработки и эксплуатации мэйнфреймов. Эти люди совмещают сразу два направления деятельности — помимо непосредственной работы над различными проектами они выступают наставниками для молодых и менее опытных сотрудников и в неформальном общении передают им свой опыт и знания.

Кроме того, среди наиболее опытных специалистов очень много тестеров, которые на экспертном уровне могут выявить проблемы в сложных многоэлементных программно-аппаратных комплексах и предложить наиболее подходящее решение для их устранения. Эти качества тем более ценны для нас, поскольку такие навыки практически невозможно формализовать, а опыт сотрудников накапливается не то что годами — десятилетиями и очень трудно поддается тиражированию.

«BYTE/Россия»: Насколько я помню, помимо непосредственно исследований и разработок, в задачи лаборатории входит укрепление связей IBM с ключевыми российскими заказчиками по линии мэйнфреймов. Не могли бы вы подробнее рассказать об этом? Имеет ли здесь место какая-то российская специфика?

Д. Т.: В определенной мере, конечно, имеет. Во всем мире группы, отвечающие за взаимодействие с локальными заказчиками, в первую очередь занимаются интеграций наших решений с их информационными системами. Специфика российского рынка в том, что нам порой приходится иметь дело с такими системами, которых нигде в мире больше нет, — это либо очень старые системы еще советских времен, либо весьма специальные разработки местных компаний, в полной мере учитывающие особенности российской действительности. Кроме того, нам приходится заниматься локализацией и сертификацией нашего оборудования в соответствии с российскими стандартами.

Стоит отметить, что сотрудники лаборатории, специализирующиеся на услугах, работают совместно с сотрудниками подразделений Global Technology Services и Global Business Services, «IBM Восточная Европа и Азия», в результате чего происходит своего рода миграция опыта — они узнают что-то от нас, мы получаем какие-то данные от них. При этом рабочий процесс устроен таким образом, что сотрудники лаборатории как наиболее высококвалифицированные, хорошо подготовленные и опытные специалисты привлекаются лишь в самых сложных и запутанных случаях. На самом деле нет никакого смысла держать их постоянно в штате подразделений Global Technology Services и Global Business Services в качестве консультантов — гораздо больше пользы они принесут в качестве экспертов и разработчиков в научно-исследовательских лабораториях.

«BYTE/Россия»: Судя по последним анонсам, область применения мэйнфреймов постепенно выходит за рамки так называемой деловой сферы. Взять хотя бы недавнее сообщение о возможности использования процессоров Cell/B.E. в системах System z для поддержки виртуальных 3D-миров в Интернете — здесь мэйнфреймы уже выступают в новой роли комплексной инфраструктурной платформы для инновационных социальных проектов. Как на эту тенденцию смотрит IBM, в частности, какие направления корпорация считает наиболее перспективными?

Д. Т.: На самом деле философия мэйнфреймов такова, что с их помощью можно решать практически любые пользовательские задачи: централизация данных и контроля над ними в рамках одного решения открывает заказчикам дорогу к построению сложных, масштабных, многокомпонентных систем, и что особенно важно — максимально защищенных и безопасных. Современные мэйнфреймы сочетают в себе два столь востребованных на рынке качества: высочайшую производительность и максимальную безопасность, так что неудивительно, что к ним проявляют интерес заказчики с все более необычными стратегиями ведения бизнеса, такие, как компания Hoplon Infotainment, создающая реалистичное трехмерное виртуальное окружение в Интернете.

В разрезе набирающей в последнее время популярность сервис-ориентированной архитектуры в принципе очевидно, что мэйнфреймы в инфраструктуре компаний могут играть и еще одну весьма важную роль — роль интеграционной платформы, связывающей в единое целое множество разнообразных подсистем с тем или иным функционалом. При этом подразумевается отнюдь не бездумный перенос всего и вся в одну огромную монолитную систему, где большая часть задач будет исполняться неэффективно с точки зрения затрат, а гибкое связывание десятков или сотен относительно небольших систем, каждая из которых специально спроектирована для наилучшего решения возложенных на нее задач. Несомненно, в этой сфере мэйнфреймы занимают лидирующие позиции, и это еще один аргумент в их пользу с точки зрения широкого круга заинтересованных заказчиков.

Я полагаю, что эти ключевые особенности мэйнфреймов позволят нам в ближайшем будущем привлечь к работе с ними довольно широкий круг разнообразных заказчиков, и значительная их часть действительно будет использовать System z для реализации нетрадиционных сервисов и бизнес-процедур — например, в области интерактивного обслуживания потребителей в online-системах бронирования и продажи авиа- и железнодорожных билетов.

«BYTE/Россия»: Нетрудно заметить, что IBM активно продвигает System z в качестве ключевого структурного элемента SOA-архитектуры. Здесь мэйнфреймам отводится роль «коммутатора», объединяющего гетерогенные элементы SOA-инфраструктуры в единое целое. Не могли бы вы подробнее рассказать, как именно IBM видит применение мэйнфреймов в этой сфере?

Д. Т.: Основы концепции SOA-архитектуры в том виде, как мы в IBM ее понимаем, были сформулированы уже достаточно давно, однако, учитывая перспективность самой идеи SOA, мы ожидаем, что в будущем будут появляться новые направления ее применения и новые виды ее реализации в аппаратно-программных комплексах. Существующие в настоящее время компоненты платформы WebSphere для мэйнфреймов System z уже сегодня позволяют решать массу специальных задач, направленных на по бесшовное объединение различных ИТ-подсистем корпоративной информационной системы заказчика. При этом уровень затрат сил и средств на достижение приемлемого конечного результата в разы меньше, чем если бы заказчик реализовал все это с нуля самостоятельно.

Вместе с тем хотелось бы особо отметить, что мы не строим жесткой иерархии решений в области SOA, побуждающей заказчика организовывать свою ИТ-инфраструктуру только так и никак иначе. Существует масса областей, где необходимый заказчику функционал можно получить с использованием как System z, так и, например, System p, а определяющим моментом в выборе того или иного решения может стать стоимость, или сложившийся корпоративный регламент, или отсутствие у заказчика специалистов необходимой квалификации. Предлагая заказчикам различные варианты решения проблем, мы побуждаем их задуматься, какие именно цели они преследуют и какого точно результата хотят добиться, поскольку только эти факторы в действительности влияют на выбор оптимальной конфигурации ИТ-инфраструктуры.

Более того, сегодня мы действительно видим System z в роли коммутатора, объединяющего элементы сверхбольших информационных систем, однако в будущем, с развитием и широким распространением элементов SOA и технологий виртуализации, сам вопрос о том, на каких именно платформах реализован тот или иной компонент SOA-архитектуры отойдет на второй план — приложения смогут автоматически перемещаться между различными платформами (System z, System p, System x) в соответствии с заданными политиками обеспечения необходимого уровня обслуживания.

«BYTE/Россия»: Мэйнфреймы как класс ИТ-систем долгое время считались весьма дорогостоящим решением, пригодным лишь для крупных компаний, однако заложенные в них возможности сегодня активно востребованы и небольшими организациями. Не так давно IBM сделала весьма существенный шаг навстречу заказчикам, выпустив относительно недорогую модель System z9 Business Class, однако и ее цена все еще слишком велика для основной массы средних компаний. Планирует ли IBM модернизировать платформу System z с тем, чтобы еще больше снизить цену и вывести ее на новые рынки?

Д. Т.: Стратегия, основанная на постоянном снижении цены, не кажется нам эффективной, когда речь заходит о проникновении System z на новые рынки. Более того, такая стратегия не кажется нам эффективной и в отношении других решений — существуют иные, гораздо более действенные и интересные для самих же заказчиков способы расширения рыночной доли, основанные на экономических предпосылках. Что касается мэйнфреймов, то тут мы можем предложить средним компаниям специализированный сервис аренды части мощностей System z с использованием абонентской схемы оплаты услуг. В этом случае физически мэйнфрейм будет находиться в одном из наших центров обработки данных, клиент же получит доступ к необходимым ему вычислительным мощностям в соответствии с оговоренными в контракте условиями. Такая возможность доступна заказчикам практически по всему миру, пожалуй, за исключением тех случаев, когда локальное законодательство какой-либо страны запрещает использование вычислительных ресурсов и хранение данных за рубежом. Впрочем, подобные схемы распространяются и на другие наши продукты, в частности, на System p и даже System x, так что компания любого размера может найти для себя решение, технически наиболее эффективное и экономически наиболее оправданное.