Не побоюсь признаться — еще четыре года назад я открыто, в печати, высказывал сомнения в перспективах Linux. Причем сомнения эти лежали вне плоскости обсуждения технических деталей данной ОС (я с ней не работал тогда и не работаю сейчас). И уж тем более моя аргументация не базировалась на восхвалении достоинств Windows — я не самого высокого мнения об этой системе (и это мнение основывается как раз на собственном практическом опыте). Нет, мое скептическое отношение к будущему Linux определялось рядом принципиальных вопросов, ответы на которые мне были неясны.

Например, как мог студент в одиночку написать систему, способную функционально конкурировать с продуктами, созданием которых занимаются мировые лидеры софтверной индустрии? Как можно управлять развитием программной системы, в разработке которой участвует некое сообщество программистов с не вполне определенной структурой? Как обеспечить совместимость версий, если каждый желающий может самостоятельно вносить изменения в код системы? За счет каких же средств ведется развитие самой системы? И так далее.

Казалось бы, об этих вопросах можно забыть — факт рыночного успеха Linux налицо, практически все исследователи предсказывают ускоренный рост ее доли на рынке серверов. Например, по оценкам IDC, ежегодный прирост поставок Linux-серверов в ближайшие четыре года составит 25%, а Windows — 15%. Правда, по абсолютному числу продаж даже в 2006 г. число проданных экземпляров Linux будет уступать Windows в два раза (7 и 14 млн соответственно).

О поддержке Linux уже давно заявила корпорация Intel, что позволило аналитикам говорить о формировании новой платформы Lintel (Linux+Intel). Стратегической ориентации на Linux придерживаются и такие гранды индустрии, как IBM, Sun, Oracle и т. д. Аналитики всерьез обсуждают возможность перевода корпорацией Microsoft некоторых Windows-сервисов на Linux (лично я уверен, что на это Microsoft никогда не пойдет). И тем не менее, несмотря на общепризнанные достижения Linux, мне кажется, что настоящая проверка устойчивости ее позиций еще впереди.

Действительно, успех Linux — это в значительной степени отражение проблем Unix-сообщества в противостоянии с Wintel. Построенные изначально на единой архитектуре и едином программном коде, ОС разных поставщиков (IBM, HP, Digital, Sun и т. п.) со временем превратились в плохо совместимые системы. В результате только появление независимого "студенческого" проекта, поддержанного изначально лишь сообществом, скажем так, хакеров, помогло приступить к формированию единой платформы, реально конкурирующей с Windows на массовом рынке.

Но вот на что стоит сейчас обратить внимание: статистика говорит, что все эти годы расширение рынка Linux шло в первую очередь за счет ближайших родственников — Unix-систем. Начало же реальной борьбы за жизненное пространство между Linux и Windows ожидается лишь через два-три года. Еще один момент — до сих пор основная сфера применения Linux-серверов охватывает Интернет-системы (почтовые серверы, Web-сайты и т. п.). А ведь всем известно, что осваивать новые области применения гораздо проще, чем отвоевывать уже занятые, традиционные. Стоит отметить и такой парадокс. В свое время Линус Торвальдс, создавая Linux, преследовал цель разработать небольшую компактную Unix-систему для ПК. А получилось так, что эта ОС наибольшего успеха достигла на рынке серверов, и задача широкого выхода на уровень клиентских машин пока не решена.

Я не знаю, какие математические модели лежат в основе прогнозов аналитических агентств, но, по некоторым признакам, скорее всего, применяются экспертные оценки и экстраполяция временных рядов. А, как известно, эти методы хорошо работают только в "ненарушенной" среде, при постоянстве граничных условий. В случае же Linux один из важнейших факторов успешного развития системы — это устойчивость коалиции, поддерживающей данную ОС. И вот тут хотелось бы вспомнить мудрое изречение одного из героев О.Генри: "Трест есть его самое слабое место" (смысл этого тезиса раскрывается так: трест трудно разбить снаружи, но он в какой-то момент может развалиться изнутри).

Действительно, до сих пор успех Linux можно объяснить в значительной мере оригинальностью бизнес-модели ее продвижения (бесплатная ОС, открытый код и т. д.). Но для расширения присутствия на рынке ей требуется серьезная поддержка со стороны лидеров компьютерной индустрии, широкого круга независимых разработчиков. Сегодня все это уже есть. Однако нужно иметь в виду, что по мере роста популярности этой ОС (а также по мере преодоления нынешнего экономического кризиса) центробежные силы внутри Linux-сообщества могут возрастать. Поэтому угроза повторения истории Unix представляется весьма реальной.

Но как бы то ни было, это очень здорово, что Linux из студенческого проекта превратилась в одного из признанных лидеров среди операционных систем. Возможность выбора, конкуренция — это основа для нормального развития рынка. И очень бы хотелось, чтобы успех того или иного продукта определялся не только маркетинговыми ходами поставщиков, но и его соответствием реальным требованиям пользователей.

Андрей Колесов, заместитель главного редактора «BYTE/Россия»