Этап обсуждения преимуществ концепции SOA заканчивается, и начинается ее практическое применение и осмысление реализованных проектов.

По мнению таких авторитетных ИТ-аналитиков, как эксперты компании Gartner, всякое концептуальное ИТ-новшество в своем жизненном цикле, который описывается зависимостью «уровня интереса» к данной инновации со стороны ИТ-сообщества от времени, проходит через пять основных этапов: запуск технологий, пик чрезмерных ожиданий, избавление от иллюзий, преодоление завалов, плавный переход к получению эффекта (рис. 1). По оценкам Gartner, представленным еще прошлогодней весной, идея сервис-ориентированной архитектуры (SOA) именно в 2007 г. пережила кризис, пройдя через минимум интереса к ней со стороны ИТ-соообщества.

Теоретическая модель Gartner, да и просто здравый смысл, говорят о том, что серьезное осмысление SOA и ее продвижение в практику ИТ еще впереди, хотя, возможно, в России — в отличие от мировой ситуации — самый глубокий спад интереса к теме будет зафиксирован немного позднее. Так или иначе сегодня вполне определенно можно сказать, что «гребень волны» в публичном обсуждении темы SOA пройден. Точнее будет сказать так: закончился почти двухлетний этап рассказов о преимуществах SOA со стороны поставщиков платформенного ПО и убеждения заказчиков в необходимости применять этот подход в своих корпоративных системах. Начался этап практического применения концепции SOA и осмысления опыта реализованных проектов.

История: путь к SOA

С точки зрения ИТ существует два основных подхода к созданию автоматизированных систем управления предприятием. Первый — внедрение единого комплексного решения, которое покрывает потребности заказчика полностью или в достаточно большой степени, но в любом случае представляет собой базовую платформу для создания и развития корпоративной системы. Второй путь — применение композитной архитектуры, в которой функционал формируется с помощью разнородных бизнес-приложений.

Окинув взглядом историю применения ИТ на предприятиях, нетрудно заметить, что колебания популярности того или другого метода описываются некоторым волнообразным процессом, при этом сами смещения в ту или иную сторону определяются двумя основными аспектами: изменениями в потребностях бизнеса и предложениями со стороны ИТ (см. таблицу).

В 90-х гг. началось повышение интереса заказчиков к комплексным ERP-решениям, рассматривавшимся как альтернатива «зоопарку» бизнес-приложений, которые появились в результате фрагментарной автоматизации подразделений и которые теперь нужно было увязывать в единую корпоративную систему. Однако уже в начале нынешнего десятилетия стало понятно, что потенциал подобных монолитных программных комплексов с точки зрения бизнеса в значительной степени исчерпан. Тому было несколько причин. Во-первых, такая схема затрудняла развитие и модификацию ИТ-систем в условиях быстрого изменения бизнес-потребностей заказчиков. Во-вторых, задачи автоматизации предприятия быстро выходили за пределы круга задач ERP (появлялась потребность в функциях CRM, BI, ECM и т. п.), а создать единое комплексное решение, обладающее всеми нужными функциями, стало уже фактически неразрешимой (на сегодня!) технической проблемой. В результате маятник ИТ-прогресса начал очередное движение в сторону композитных систем.

Тут нужно сказать, что повышение спроса в середине 90-х на комплексные ERP-пакеты само по себе не отменяло реального использования унаследованного «зоопарка». Прежде всего далеко не все организации могли себе позволить радикальное обновление имевшегося у них ИТ-хозяйства с разрозненными приложениями; кроме того, единая система зачастую все же не решала всех задач предприятия, и потому потребность в автономных прикладных программах сохранялась.

Одним из популярных способов увязки воедино различных приложений стал на рубеже веков подход с использованием информационных порталов. Однако порталы только унифицировали доступ пользователей к вычислительным ресурсам, но никак не затрагивали вопросы интеграции приложений. Задачи интеграции решались отдельно, при помощи различных методов информационного и функционального взаимодействия.

Появившаяся несколько лет назад концепция SOA поначалу воспринималась как некоторый новый подход к интеграции приложений на основе унифицированных отраслевых стандартов (в основном Web Services). Но все же главная «изюминка» SOA — это скорее новый подход к модификации и развитию функциональности прикладных корпоративных систем.

Своего рода предшественницей SOA стала технология Enterprise Service Bus (ESB), предоставлявшая унифицированный механизм взаимодействия приложений. Дополненная рядом других технологий, ESB позволила сформировать единую интеграционную платформу. По-видимому, качественный переход к SOA начался в тот момент, когда появилась возможность создавать поверх этого интеграционного слоя новые прикладные решения (собственно композитные приложения) с использованием уже существующего функционала.

Реализация этой идеи основана на том, что сами базовые приложения могут рассматриваться в виде наборов более низкоуровневых функциональных компонентов. В терминологии SOA эти компоненты стали называться сервисами, и такая смена названия представляется неслучайной. Качественное отличие SOA-сервисов от ранее применявшихся в ИТ программных компонентов (объектов) заключается, на наш взгляд, в двух моментах. Первое — сервисы могут быть реализованы в виде достаточно сложных программных комплексов, т. е. сервис отражает не способ его программной реализации, а лишь способ его использования. Второе — сервис, как правило, нацелен на выполнение конкретной деловой функции (а не просто любой вспомогательной). Это очень важный момент, потому что он показывает новизну отношений между ИТ и бизнесом: если раньше выделение программных компонентов было сугубо внутренним делом разработчиков ПО, то теперь вычленение сервисов проводится с учетом потребностей бизнеса.

Итак, SOA можно определить как возможность наращивания прикладного функционала корпоративных систем путем создания новых композитных бэк-офисных приложений на базе готовых сервисов с использованием унифицированных интеграционных платформ. Но тут нужно отметить, что решение задач автоматизации предприятий сегодня во многом связывается не столько с созданием новых функций, сколько с реализацией бизнес-процессов. Именно поэтому последние два года вопросы SOA рассматриваются в увязке с технологиями BPM (Business Process Management).

Cвязь SOA + BPM позволяет сегодня говорить о новом этапе в реализации композитных приложений (тут, возможно, допустимо использовать термин SOA 2.0), которые создаются не только с помощью существующих сервисов, но и с применением готовых базовых бизнес-процессов.

Исследование рынка SOA

В конце 2007 г. компания AMR Research (www.amrresearch.com) опубликовала результаты исследования под названием «SOA: состояние рынка». Этот отчет начинается с констатации факта, что сегодня не существует общепризнанного определения SOA, поэтому оценка состояния рынка и прогнозов его развития носит довольно условный характер. По мнению экспертов AMR, SOA нельзя считать отдельной продуктовой или сервисной категорией: она представляет собой подход к реализации ИТ-проектов с использованием известных ранее и вновь созданных технологий и услуг. Фактически сегодня SOA в технологическом плане скорее ассоциируется с интеграционными платформами различных вендоров или с такими технологиями, как Web 2.0, управление бизнес-процессами (BPM), интеграция корпоративных приложений (enterprise application integration, EAI), и именно в этом контексте имеет смысл говорить о долях рынка.

Последний опрос корпоративных заказчиков, проведенный в США осенью 2007 г., выявил расстановку сил на рынке SOA, показанную на рис. 2.

Ключевую роль на этом рынке играет группа ведущих мегавендоров (Microsoft, IBM, SAP и Oracle), которая не только предлагает широкий набор технологий и продуктов, но и активно продвигает на рынок идеи SOA, используя свое влияние на ИТ-сообщество. Такие известные поставщики интеграционных средств, как BEA, Progress Software, Software AG и Tibco, также имеют представительные наборы решений, но по уровню присутствия на рынке все же уступают «большой четверке». Есть еще группа нишевых игроков, таких, как Cape Clear и Amberpoint, изначально нацеленных на концепцию SOA и предлагающих специализированные продукты, которые отсутствуют в пакетах глобальных поставщиков.

По мнению AMR Research, 2008 г. станет переломным для продвижения идей SOA в том плане, что соответствующие подходы к реализации ИТ-проектов начнут широко применяться в конкретных проектах заказчиков. Существенно усилятся позиции на этом рынке SAP и Oracle, которые уже сформировали хорошие наборы продуктов связующего слоя.

Microsoft всерьез берется за SOA

В прошлогоднем обзоре на тему SOA («Длинная дорога к вершинам SOA», «BYTE/Россия» № 6’2007) мы уже отмечали, что к весне 2007 г. практические все ведущие мегавендоры (IBM, Oracle, SAP, HP) достаточно четко сформулировали свою стратегию в области SOA и определили круг продуктовых предложений в этой сфере. На этом фоне позиция Microsoft (www.microsoft.com) выглядела в тот момент довольно странно.

Действительно, на протяжении пары лет мы наблюдали парадоксальную ситуацию: говоря о набирающей все большую популярность теме SOA, аналитики в числе ведущих игроков неизменно упоминали и Microsoft, но сама корпорация как-то дистанцировалась от этой сферы, в частности, явно избегая использования самого термина SOA при обсуждении своих деловых и технологических планов. Что-то тут было явно не так: не может же Редмонд просто отдать это перспективное направление на откуп конкурентам? Создавалось впечатление, что мы стали свидетелями тактической борьбы в стиле групповой велогонки, где есть, как известно, два основных варианта: либо пытаться сразу уйти в отрыв, став недосягаемым для остальной группы, либо отсидеться за спиной у лидеров, сохранить силы и сделать в решающий момент финишный рывок.

Похоже, Microsoft выбрала как раз вторую тактику, предоставив другим ИТ-компаниям «разогревать» рынок (в том числе проводя многочисленные обсуждения на тему «что такое SOA»), чтобы выйти с собственными предложениями в тот момент, когда партнеры и заказчики будут готовы к восприятию этих концепций и технологий. И, кажется, этот момент настал: на прошедшей в октябре 2007 г. в Редмонде (США) конференции Microsoft SOA & Business Process корпорация представила свое видение перспектив развития проектирования, создания, развертывания и управления композитными приложениями и анонсировала новый набор технических инициатив под кодовым названием Oslo, нацеленных на реализацию этих идей.

На конференции, в частности, было сказано, что реализация проекта Oslo будет связана с развитием серверных и инструментальных продуктов в пяти ключевых направлениях.

Серверы. Тут главную роль будет играть следующая версия Microsoft BizTalk Server 6, которая будет представлять собой базовый фундамент для создания распределенных высокомасштабируемых решений SOA и BPM (управление бизнес-процессами), включая разработку, управление и развертывание композитных приложений.

Сервисы. Услуги, обозначаемые сегодня как BizTalk Services 1, будут обеспечивать коммерческую поддержку Web-сервисов, которую можно будет использовать для хостинга композитных приложений в кросс-организационных условиях. В числе этих услуг будут расширенные возможности обмена сообщениями, идентификацией и workflow.

Базовая среда (Framework). Это направление связано с новой версией Microsoft .NET Framework 4, которая расширит возможности модельно-ориентированной разработки с использованием средств Windows Communication Foundation (WCF) и Windows Workflow Foundation (WF).

Инструменты. Предполагается, что в следующую версию Visual Studio 10 будут включены новые технологии, связанные с поддержкой полного жизненного цикла приложений и модельно-ориентированной разработки распределенного ПО;

SOA: кому это выгодно?

В преддверии грядущих событий хотелось бы высказать некоторые соображения на тему «кому выгодна SOA», которая уже несколько месяцев обсуждается в блогосфере ИТ-сообщества. Любопытно отметить, что в целом участники дискуссий оказались довольно единодушны во мнении, что реализация SOA нужна, разумеется, заказчикам (а для вендоров чуть ли не убыточна) и весь вопрос сводится к одному аспекту: кому эта концепция нужнее — генеральному директору предприятия или его ИТ-директору.

Действительно, именно на выгодах SOA для клиентов делают акцент вендоры. Они часто приводят ссылки на какие-то общие исследования рынка и даже конкретные (в основном зарубежные) проекты. Правда, до серьезного анализа подобных данных, в том числе и методик расчета эффективности, дело пока не доходило.

Но вот на какой любопытный момент хотелось бы обратить внимание. До сих пор главными агитаторами за SOA выступают именно поставщики программных продуктов. В то же время одно из очевидных следствий реализации SOA — это перераспределение структуры затрат в ИТ-проектах: снижение доли расходов на приобретение новых готовых продуктов с одновременным увеличением расходов на интеграцию и консалтинг (в утрированном виде определение SOA-проекта звучит так — «отсутствует статья расходов на приобретение нового ПО»). В этой ситуации возникает естественный вопрос: в чем же бизнес-интерес вендоров к SOA? Ведь в массовый альтруизм с их стороны в рыночных условиях поверить довольно трудно. И почему системные интеграторы, для которых открываются новые области деятельности, к продвижению идей SOA пока относятся очень настороженно?

В целом интерес поставщиков программных продуктов к SOA определяется, конечно, интересами их бизнеса, структура которого за последние годы претерпела очень серьезные изменения, в том числе и сугубо в технологическом плане. Как известно, один из магистральных путей развития мировых софтверных лидеров связан с постоянным приобретением большого числа компаний-разработчиков разного калибра. В результате у вендора образуется огромный набор лоскутных решений, часто конкурирующих между собой. Конечно, одновременно идет процесс их интеграции, но собрать все покупки в какое-то единое комплексное решение, как это было десять лет назад, уже не получается. В результате поставщики просто вынуждены переходить от поставок готовых программных комплексов к продажам отдельных компонентов, перенося процесс их интеграции из своего внутреннего «производственного цеха» на площадку заказчика (примерно так, как это делается в наше время при строительстве монолитных домов вместо сборных из готовых конструкций).

Но кто же будет получать деньги за услуги в рамках проектов? Интеграторы, консалтинговые компании? Наверное, и они тоже, но, возможно, еще больше — сами вендоры. Ведь у каждого из них есть своя служба типа Global Services, причем если посмотреть на структуру доходов ИТ-корпораций, то мы увидим, что доля этого направления бизнеса не просто велика (до 30%), но и продолжает расти.

Таким образом, получается, что SOA для вендоров выгодна по двум причинам: снижаются затраты на внутреннюю интеграцию приобретаемых продуктов и увеличиваются доходы за счет работ по консалтингу/интеграции.

Кстати, среди мировых софтверных лидеров в плане маркетингового продвижения идей SOA есть явный аутсайдер — Microsoft, которая до недавнего времени вообще старалась не использовать этот термин. Может быть, такое «отставание» корпорации объясняется как раз особенностями ее бизнес-модели. Во-первых, Microsoft существенно меньше покупает софтверные компании, и потому вопросы внутренней интеграции разнородных приобретений для нее не столь актуальны. Во-вторых, она фактически не занимается предоставлением услуг, их доля в структуре ее бизнеса по-прежнему не превышает 3–4%.

Репозиторий. Все ключевые средства, связанные с созданием и эксплуатацией SOA-систем (Microsoft System Center 5, Visual Studio 10 и BizTalk Server 6), будут работать с едиными хранилищами метаданных и моделями описания систем.

В целом в сделанных тогда объявлениях не было ничего принципиально нового: речь, по сути, шла об эволюционном развитии уже существующих продуктов. Но важен сам факт, что Microsoft четко сформулировала свое намерение занять ведущие позиции в области SOA, и что модернизация технологий компании будет идти именно в этом направлении. Стоит обратить внимание и на увязку вопросов реализации SOA с продвижением бизнес-модели «софт как сервис», и на то, что в продвижение идей SOA будут активно вовлечены средства Microsoft Office и Microsoft Dynamics (рис. 3).

По мнению Microsoft, цель внедрения SOA — создание всемирной сети совместно используемых сервисов, публикуемых и доступных посредством технологии Service Bus (подчеркнем, что тут речь идет о глобальной сети, а не просто о «сервисной шине предприятия»). С содержательной точки зрения SOA подразумевает широкое использование существующих технологий и продуктов ради достижения быстрого эффекта с точки зрения бизнеса, и на практике данная архитектура реализуется по требованию бизнеса.

В целом позиция Microsoft заключается еще и в том, что компания не хочет отвлекаться на обсуждения философии SOA и ее преимуществ для заказчиков, концентрируясь на вопросах практического применения своих технологий. В этом плане примечательно, что корпорация использовала в обсуждениях данной проблематики термин Real World SOA (SOA реального мира), как бы подчеркивая, что мы и так уже живем в сервис-ориентированной среде обитания.

В частности, один из ключевых идеологических пунктов дискуссий вокруг SOA таков: а чем, собственно говоря, SOA отличается от того, что предприятия использовали ранее? Нужно ли для реализации SOA создавать какие-то новые, специальные технологии или достаточно уже имеющихся? Вопросы на самом деле непростые, так как на практике при ближайшем рассмотрении мы видим, что массовое появление SOA-решений в арсенале ИТ-поставщиков в последние годы связано не столько с технологическими инновациями, сколько с изменением названий уже существовавших продуктов.

Мнение независимого аналитика

В конце прошлого года на конференции «Microsoft Платформа 2008» корпорация Microsoft впервые представила в России свое видение SOA-проблематики, и сделать это было доверено независимому эксперту Дэвиду Чеппеллу. Кроме официальных презентаций он выделил время и для неформального обсуждения темы, в ходе которого был высказан ряд интересных, хотя и не бесспорных суждений по поводу общей ситуации в области SOA.

Для начала г-н Чеппелл подчеркнул, что хотя SOA сегодня предполагает использование разного рода функциональных сервисов, все же на практике подразумевается, что речь преимущественно идет о Web-сервисах. Именно реализация этой технологии сделала возможным преобразовать, в общем, давно известную идею компонентной модели распределенных неоднородных систем в современную форму SOA.

В ИТ-сообществе к концу 2007 г. действительно наблюдалась усталость от маркетингового давления со стороны поставщиков. Но в то же время нет ничего трагичного в противоречии между реальными потребностями предприятий и маркетинговой деятельностью вендоров. Ведь SOA — это не сиюминутная придумка поставщиков для решения их тактических задач, а стратегическая концепция на достаточно долгую перспективу, вызванная именно запросами потребителей. Просто нужно отчетливо понимать, что SOA — это именно концепция, а не свод четко прописанных регламентов для создания конкретных систем. Это означает, что уровень применения подходов SOA на практике может быть очень разным для разных организаций. По мнению Дэвида Чеппелла, процент компаний, которые смогут полностью перейти на мировоззрение SOA и тем более реализовать его в своей практике, будет не столь уж велик. Но при этом г-н Чеппелл убежден, что в той или иной мере идеи SOA могут применить очень и очень многие предприятия.

Никто не говорит о том, что SOA можно построить с «чистого листа», проигнорировав существующую ИТ-инфраструктуру. Нет, речь идет о долгосрочном эволюционном процессе преобразования инфраструктуры клиентов с ориентацией на сервисы. Архитекторам, которые занимаются планированием такого развития, нужно хорошо разбираться в концепции SOA. И конечно же ее должны учитывать разработчики ПО в создаваемых уже сегодня продуктах. Нужно также иметь в виду, что SOA и управление бизнес-процессами (BPM) — это две стороны одной медали. Сервисы нужны не сами по себе, но для использования в бизнес-процессах, а процессный подход к управлению базируется на наличии четко выделенных сервисов.

Один из актуальных вопросов, касающихся SOA, звучит так: каким компаниям на практике по силам реализовать эти идеи в полном объеме, кому это нужно с точки зрения требований бизнеса? Причем довольно часто высказывается мнение, что реализация SOA доступна лишь крупным организациям и тем, работа которых в значительной степени завязана на динамической адаптации ИТ к изменяющимся потребностям бизнеса.

Говоря об этом, американский эксперт отметил, что главное — это не размер предприятия, а наличие понятной стратегии его развития. Разумеется, спрос на SOA непосредственно связан с востребованностью динамических ИТ, которая очень высока как раз у малого и среднего бизнеса. В плане внедрения SOA г-н Чеппелл советует ориентироваться на сугубо технологический прагматический подход, избегая чрезмерной идеологизации — скажем, лозунга «SOA любой ценой».

И вообще, хотя на ИТ-мероприятиях часто говорят о технологической базе SOA, нужно иметь в виду, что реализация этой концепции лежит преимущественно в области консалтинга (вспомним о связи с BPM). Как подчеркнул Дэвид Чеппелл, IBM первой инициировала продвижение SOA именно потому, что «Голубой гигант» — это в первую очередь консалтинговая, а не софтверная компания.

Говоря о технологических аспектах реализации SOA, эксперт отметил, что стандарт UDDI, созданный для поддержки описаний Web-сервисов, на практике оказался не очень удачным. Он обеспечивает работу с каталогами сервисов, но не слишком удобен для управления этими каталогами. Нужны какие-то другие, более высокоуровневые механизмы, и вопрос о том, будут ли они реализованы в виде отраслевых стандартов или каждый поставщик будет предлагать что-то свое, остается пока открытым.

Что же касается BPEL (Business Process Executive Language), то значение этого стандарта оказалось, по крайней мере, сильно преувеличено. Ведь многие вендоры представляют BPEL как язык программирования, как возможность описания бизнес-процесса в виде графической схемы, которую потом можно преобразовать в код на языке BPEL. Но отладка и доводка этого кода выполняется уже только на исходном тексте, а исходный текст на XML (именно на нем реализован код BPEL) — это очень сложная, сильно избыточная вещь, и разработчики не любят иметь с ним дело.

Другое часто упоминаемое достоинство BPEL — кросс-платформенная переносимость. Но проблема заключается в том, что BPEL реализует лишь весьма ограниченное подмножество функций, действительно необходимых для выполнения проектов. Поэтому каждый поставщик предлагает целый ряд собственных расширений для этого языка, применение которых привязывает заказчика к платформе данного вендора.

В целом Дэвид Чеппелл подчеркнул, что хотя SOA изначально продвигалась как концепция создания гетерогенных систем, на самом деле, если присмотреться к тем же предложениям вендоров, выясняется, что в полном объеме их возможности реализуются только в моновендорном окружении. Именно поэтому ведущие поставщики не ограничиваются отдельными SOA-инструментами, а создают законченные самодостаточные SOA-платформы. Конечно, за этим просматривается желание получить доминирующие позиции на этом рынке. Но ведь есть и чисто технологический аспект: несмотря на общие стандарты, инструменты разных поставщиков плохо стыкуются между собой. Недаром, формируя свои SOA-платформы за счет покупки компаний-разработчиков и их продуктов, вендоры тратят значительные усилия на интеграцию приобретаемых технологий.

В этом плане позицию Microsoft скорее можно охарактеризовать как очень прагматичную: корпорация считает, что ее нынешняя программная платформа (ОС, офисные пакеты, деловые решения, средства разработки, серверные продукты и т. д.) уже включает все необходимое для реализации SOA-проектов.

Новые продукты, решения и услуги IBM

Корпорация IBM (www.ibm.com) на протяжении нескольких лет, бесспорно, была одним из самых активных проповедников идей SOA, и аналитические исследования подтверждают ее лидирующие позиции в этой сфере. Фактически еще два года назад компания стала рассматривать все свое ПО как SOA-платформу, основу которой составляют решения WebSphere, дополненные ключевыми продуктами других семейств (Tivoli, Lotus, Rational, DB2). В то же время за последний год IBM расширила спектр своих специализированных предложений в области SOA.

Одна из последних новинок здесь — ПО WebSphere Business Events, основанное на технологии компании AptSoft, приобретенной IBM в январе нынешнего года. Этот продукт помогает в реальном времени выявлять и анализировать причинно-следственные связи событий. Кроме того, с его помощью можно определять вероятные преимущества и опасные тенденции, автоматически запуская соответствующие процедуры при возникновении изменений тренда (а изменения тренда могут быть связаны с незапланированными и плановыми событиями, которые происходят в компаниях каждый день). WebSphere Business Events дополняет пакет решений IBM для управления бизнес-процессами.

IBM представила также ПО WebSphere Virtual Enterprise, которое позволяет компаниям любого масштаба сокращать операционные расходы и энергопотребление, связанные со средами корпоративных приложений и архитектуры SOA, при одновременном повышении гибкости и сохранении целостности процессов. Это достигается за счет виртуализации программной инфраструктуры, которая поддерживает приложения и сервисы, критически важные для современных бизнес-процессов.

Для успешной реализации проектов SOA корпорация IBM предлагает и еще ряд продуктов и услуг, кратко охарактеризованных ниже.

Infrastructure Architecture Healthcheck for SOA — новая услуга «проверки здоровья», позволяющая оценить готовность корпоративной инфраструктуры к запуску проекта внедрения SOA или к расширению существующей среды SOA. Эта услуга поможет клиентам сформулировать организационные и функциональные требования к своей инфраструктуре на основе сценариев «что, если» (what-if), предоставляемых сервисом IBM Performance and Capacity Evaluation Service (PACES) и выполняемых на платформе «распределенной вычислительной фермы» (cloud computing) IBM с помощью аналитического инструмента SOA PARA-medic.

SOA Architecture Decision Accelerator — программное средство, использующее новый инструментарий Web 2.0 и модели принятия решений, которые помогают консультантам IBM ускорить процессы планирования, основанные на оптимальных методиках. Доступна также версия для клиентов, содержащая готовые шаблоны, с помощью которой программные архитекторы компаний смогут оценить правильность подготовки проектов SOA.

Infrastructure Events Management and Monitoring — новый сервис, который обеспечивает клиентам целостное представление о среде, информируя их в реальном времени о состоянии инфраструктуры и о проблемах, которые можно оперативно решить.

Automated Testing Facility for SOA — решение, автоматизирующее подготовку к тестированию оборудования и проверке новых сервисов. Оно поможет сократить объем выполняемых вручную операций, избежать типичных ошибок и ускорить развертывание сервисов. Кроме того, с помощью этого решения можно оценить вероятные последствия развертывания новых сервисов для инфраструктуры еще до того, как они будут запущены.

IBM SOA Integration Services — расширенный пакет услуг для поддержки целостности процесса внедрения SOA. Услуги IBM SOA Integration Services помогают объединить компоненты SOA от различных поставщиков в масштабах предприятия и обеспечить их функционирование как единой системы. Специалисты IBM могут предоставить квалифицированную поддержку любых реализаций SOA — от пилотного проекта до полномасштабного развертывания сервисов SOA на предприятии.

Для гарантии информационной безопасности сервис-ориентированных архитектур IBM готовит к выпуску решение для управления безопасностью в средах SOA. Речь идет о новом продукте IBM Tivoli Security Policy Manager, который управляет политиками безопасности в средах SOA на основе стандартов благодаря поддержке различных форматов описания правил доступа к ресурсам, таких, как WS-Policy и XACML.